Каталог книг

Лекции и исследования по древней истории русского права

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Санкт-Петербург, 1910. Типография М. М. Стасюлевича. Владельческий переплет. Сохранность хорошая. На страницах книги владельческие подчеркивания цветным и простым карандашами. Учебник по курсу История русского права профессора Московского, а затем Санкт-Петербургского университета В.И.Сергеевича. По признанию специалистов, это лучший учебник по истории русского права из всех, когда-либо создававшихся в России. Он охватывает эпохи Древней Руси и Московского государства - время с X по XVII в. Учебник предназначается для студентов юридических и исторических вузов, специалистов в области русской истории и истории государства и права России. Издание не подлежит вывозу за пределы Российской Федерации.

Характеристики

  • Автор на обложке
    В. Сергеевич
  • Сохранность
    Хорошая
  • Тип издания
    Авторский сборник
  • Тип обложки
    Твердый переплет
  • Формат издания
    155x235
  • Издательство
    Типография М. М. Стасюлевича
  • Год выпуска
    1910
  • Количество страниц
    676
  • Язык издания
    Русский
  • Произведение
    Лекции и исследования по древней истории русского права
  • Вес
    670
  • Ширина упаковки
    155
  • Высота упаковки
    30
  • Глубина упаковки
    235

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Василий Иванович Сергеевич Лекции и исследования по древней истории русского права Василий Иванович Сергеевич Лекции и исследования по древней истории русского права 0 р. litres.ru В магазин >>
Лекции и исследования по древней истории русского права Лекции и исследования по древней истории русского права 53900 р. ozon.ru В магазин >>
Лекции и исследования из древней истории русского права Лекции и исследования из древней истории русского права 31790 р. ozon.ru В магазин >>
Д. Я. Самоквасов Исследования по истории русского права. Средства познания системы русского права языческой эпохи Д. Я. Самоквасов Исследования по истории русского права. Средства познания системы русского права языческой эпохи 379 р. ozon.ru В магазин >>
И. Малиновский Лекции по истории русского права И. Малиновский Лекции по истории русского права 0 р. litres.ru В магазин >>
Дювернуа Н. Источники права и суд в древней России. Опыты по истории русского гражданского права Дювернуа Н. Источники права и суд в древней России. Опыты по истории русского гражданского права 750 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Николай Дювернуа Источники права и суд в Древней России. Опыты по истории русского гражданского права Николай Дювернуа Источники права и суд в Древней России. Опыты по истории русского гражданского права 0 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Лекции и исследования по древней истории русского права

С 16 МАЯ 2017 г. БИБЛИОТЕКА ЗАКРЫТА Сергеевич В.И., Под ред., с предисл.: Томсинов В.А. :

Лекции и исследования по древней истории русского права

Авторы : Сергеевич В.И., Под ред., с предисл.: Томсинов В.А.

Издательство : Зерцало

Место издания : Москва

Количество страниц : 488

Год издания : 2004 г.

Возможно, мы продаем

это издание - проверить

Оглавление:

Томсинов В. А. Василий Иванович Сергеевич (1832 - 1910). Биографический очерк IX

Глава первая. Источники права

Источники вообще - 1

Обычай - 2. Понятие - 2. Возникновение - 2. Русские термины - 10. Обычай

в уделах - 13. Обычай в Москве -14 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .1-16

Уставная деятельность князей - 16. Договоры - 23. Вечевые постановления - 24

Византийское право - 26. Ханские ярлыки - 30 . . . . . . . . . . . . . . . 16-32

Русская Правда - 32. Списки - 33. Издания - 34. Классификация списков - 36

Списки первой редакции - 42. Списки второй редакции - 42. Списки третьей

редакции - 43. Заголовки - 47. Списки четвертой редакции - 50. Деление Правды

на статьи - 35 и 52. Относительная древность списков - 57. Содержание

Правды - 63. Источники ее - 66. Кем она составлена - 68. Система Правды - 71

Практическое ее значение -73 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 32-74

Глава вторая. Государственное право

Территория - 76. Присоединение Малороссии - 78 . . . . . . . . . . . . . . 75-84

Население. Местничество. Понятие - 84. Отеческая честь - 87. Отношение

правительства к местническим спорам - 91 . . . . . . . . . . . . . . . . . 84-98

Верховная власть. Вообще - 99. Князь. В удельное время - 100. Власть

московских государей - 1 10 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 99-122

Земские Соборы - 122. Причины возникновения - 123. Состав - 129. Порядок

выборов - 134. Число депутатов - 139. Время созвания - 142. Поводы - 143

Порядок заседаний - 144. Постановление приговоров - 149. Их исполнение - 151

Продолжительность деятельности выборных людей - 152. Значение Соборов

с точки зрения права - 153, политики - 157 . . . . . . . . . . . . . . . 122-173

Порядок преемства престола в Московском государстве - 173 . . . . . . . .173-176

Правительственное деление в княжениях - 179, в Москве - 188 . . . . . . .179-189

Органы управления. Управление князя -189. Княжеская и царская дума - 192

Расправная Палата - 202. Приказы - 205. Местное управление приказное - 212

Выборное управление -223 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 189-231

Войско - 231. Финансы -242 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 231-252

Глава третья. Уголовное право

Понятие преступления - 253. Деяния случайные, неосторожные и умышленные - 258

Необходимая оборона - 262. Крайняя необходимость - 265. Опьянение - 266

Состояние раздражения - 268. Умысел, приготовление, покушение,

совершение - 268. Соучастие и прикосновенность - 270 . . . . . . . . . . 253-275

Цель наказания, первоначально - 275, в Москве - 293 . . . . . . . . . . .275-293

Виды древнейших наказаний. Месть - 276. Выкуп - 280. Смертная казнь - 283

и 290. Поток и разграбление - 292. Виды наказаний в московское

время - 296 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .276-299

Введение - 300. Преступления против жизни - 301, телесной

неприкосновенности - 306, личной свободы - 308, чести - 308, имущества - 309,

семейства и половой нравственности - 317, церкви - 323,

государства -324 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 300-327

Глава четвертая. Гражданское право

Союз мужа и жены

Введение - 328. Общинный брак - 330. Личные отношения супругов - 337

Имущественные отношения супругов - 339. Установление браков - 346

Прекращение брака - 354 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .328-360

Союз родителей и детей

Личные и имущественные отношения родителей и детей - 360. Установление

союза родителей и детей - 366. Прекращение - 368 . . . . . . . . . . . . 360-369

Влияние римского права - 370. Правила русских памятников - 372 . . . . . 370-373

Введение - 373. Вотчины - 382. Права выкупа - 385. Поместья - 392. Тяглые

земли - 393. Права на чужие вещи - 393. Приобретите недвижимостей - 394 .373-395

Наследование по завещанию - 396

Наследование без завещания - 399. В нисходящей линии - 399, в восходящей

404, в боковых - 405; наследование супругов - 406, судьба выморочного

имуществе - 411; мнение Неволина - 411; последствия принятия

наследства - 412 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 399-413

Московские порядки - 413. Наследование по завещанию - 414. Наследование

по закону - 415 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .413-418

Глава пятая. Судопроизводство

Светская и духовная подсудность - 421

Доказательства в эпоху Русской Правды Признание - 424. Присяга - 424

Поединок - 425. Ордалии - 427. Свидетели и послухи - 428. Внешние признаки

430. Свод - 430. Взаимное отношение доказательств - 431 . . . . . . . . .424-432

Московские порядки - 432. Состязательный процесс (суд) - 433. Следственный

процесс (сыск) - 445 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 432-451

Возможно, Вас так же заинтересуют следующие издания:

  • Сергеевич В.,

Источник:

lawlibrary.ru

Лекции и исследования по древней истории русского права

History-Fiction.ru: Лекции и исследования по древней истории русского права. Изд.3-е.

Авторы: Сергеевич В.И.

Год издания: 1903

Кол-во страниц: 675

Издательство: типография М.М. Стасюлевича С-П

Загрузил: Воля , дата загрузки: 14:31 16/04/2010

* «О служебных экзаменах в Пруссии» («Журнал Министерства народного просвещения», ч. 117),

* «Особенности французского кассационного суда» (ib., ч. 118),

* «Очерк кассации в Пруссии» (ib., ч. 120),

* «Время возникновения германской поземельной общины» (ib., ч. 125),

* «Порядок отмены решений по новому уставу гражданского судопроизводства» (ib., ч. 127),

* «Об университетском преподавании» («Моск. унив. известия», 1865, № 2),

* «Земские соборы в Московском государстве» («Сборн. госуд. знаний», т. 2, 1875),

* «Откуда неудачи Екатерининской законодательной комиссии?» («Вестник Европы», 1878, № 1),

* «Государство и право в истории» («Сборн. госуд. знаний», т. 7, 1879),

* «Опыты исследования обычного права» («Наблюдатель», 1882, №№ 1 и 2),

* «Греческое и русское право в договорах с греками» («Журнал Министерства народного просвещения», 1882, № 1),

* «Как и из чего образовалась территория Московского государства» («Новь», 1886, №№ 1 и 2),

* «Вольные и невольные слуги московских государей» («Наблюдатель», 1887, №№ 1—3),

* «О порядке приобретения учёных степеней» («Сев. вестник», 1897, № 10),

* «Воспитание и обучение в наших университетах» («Научн. обозр.», 1898, № 10),

* «Русская Правда и её списки» («Журнал Министерства народного просвещения», 1899, № 1).

Источник:

history-fiction.ru

Лекции и исследования по древней истории русского права

В. И. Лекции и исследования по древней истории русского права. С. Петербург, Типография М. М. Стасюлевича, 1910 г. Лекции

Сергеевич В.И. Лекции и исследования по древней истории русского права. - С.-Петербург, Типография М.М. Стасюлевича, 1910 г.

Лекции и исследования по древней истории русского права

Глава первая. Источники права

II. Уставная деятельность князей

IV. Вечевые постановления

Глава вторая. Государственное право Устройство

Отлел первый. Устройство

Власть московских государей

Порядок преемства престола в Московском государстве

Отдел второй. Управление

I. Правительственное деление в княжениях

Княжеская и царская дума

Местное управление приказное

Глава третья. Уголовное право

1. Преступления против жизни

2. Преступлания против телесной неприкосновенности

3. Преступления против личной свободы

4. Преступления против чести

5. Преступления против имущества

6. Преступления против семейства и половой нравственности

7. Преступления против церкви

8. Преступления против государства

Глава четвертая. Гражданское право

Личные отношения супругов

Имущественные отношения супругов

II. Союз родителей и детей

Отдел второй. Вещное право

Отдел третий. Наследственное право

I. Наследование по завещанию

II. Наследование без завещания

1) Наследование в нисходящей линии

2) Наследование в восходящей линии

3) Наследование в боковых линиях

4) Наследование супругов

5) Судьба выморочного имущества

7) Последствия принятия наследства

1) Наследование по завещанию

2) Наследование по закону

Глава пятая. Судопроизводство

Самосуд. Светская и духовная подсудность

Состязательный процесс (суд)

Следственный процесс (сыск)

Греческое и русское право в договорах с греками X века

Глава первая. Источники права

Внешнею историею права называется история источников.

Под источниками права можно разуметь те силы, которые производят право. С этой точки зрения источником права будет, например, законодательство, как сила, создающая закон. Но под источником права можно разуметь и продукт этой силы, в данном случае самый закон; это на том основании, что судья берет норму для решения известного случая прямо из закона, который является для него источником права отдельных лиц.

Эти две точки зрения не исключают, а взаимно пополняют одна другую. Второе воззрение имеет дело с готовыми уже нормами, на основании которых разрешаются сталкивающиеся притязания сторон. Первое идет глубже, к самому источнику этих норм, и имеет целью показать, как возникли эти нормы.

Для историка обе точки зрения одинаково обязательны. Он не может ограничиться одним только собиранием норм обычного или законодательного права, он должен остановиться и на самом порядке их возникновения.

Для истории нашего древнейшего, а может быть и всякого древнейшего права, выяснение этого порядка имеет особенное значение. Продуктов деятельности созидающих право сил от этого времени сохранилось очень немного. Право, действовавшее в глубокой древности, вовсе не может быть восстановлено во всей его полноте. Мы можем составить себе определенное понятие только о некоторых сторонах древнего юридического быта. Этот недостаток сведений по древнему праву может быть несколько восполнен общей характеристикой творческих сил, его созидавших. Очерки самого права, конечно, не сделаются от этого полнее; но общее состояние юридического быта значительно выяснится.

Уяснив, вопрос, какие в данное время существуют силы, созидающие право, мы этим самым облегчаем себе разъяснение самого права. Эти силы, созидающие право, в разное время различны и стоят в связи со всем бытом общества.

От источников права надо различать источники истории права. Под этим последним названием разумеют все письменные памятники, в которых можно найти указание на действовавшее в известное время право. Сюда относятся, например, летописи, разные сборники юридического материала, разные юридические документы, как, например: судные списки, духовные завещания, разные грамоты и пр.

Самым первым и самым главным в древности источником права является обычай, как творческая сила, и обычное право, как продукт этой силы.

Под обычаем во втором смысле разумеют такое право, нормы которого применяются к отдельным случаям в силу согласного убеждения действующих, лиц в необходимости подчиняться им. Имея источником согласное убеждение отдельных лиц, обычай не имеет личного происхождения, он безличен, в противоположность закону, который всегда издается определенным законодателем; обычай выходит из народа, как безличной массы, все такт. думают и все так поступают. Будучи безличным, обычай не имеет определенного видимого начала; мы можем заметить его существование только тогда, когда он уже сложился, когда люди уже действуют сообразно с ним. Начичность обычая проявлятся в том, что известные юридические действия совершаются постоянно по единообразной норме. Например: вступление в брак в известной местности совершается при соблюдении известных, постоянно повторяющихся условий и форм, след., этим актом управляют одни и те же нормы, От единообразных действий, постоянно повторяемых в одних и тех же случаях, мы приходим к убеждению о существовании единообразных норм, которые осуществляются в этих действиях. Чтобы доказать, что в данное время действует известный обычай, нужно привести ряд единообразных действий, определяемых одним каким-либо юридическим началом. Это один способ. Но если нельзя собрать такого ряда, в таком случае его может заменить свидетельство достоверных людей о действующих в их время нормах права. Если нет повода думать, что свидетельствующее лицо говорит ложно, то его показание может иметь совершенно такое же значение, как и ряд единообразных действий.

Теперь займемся другим вопросом, как возникает обычное право? Старая школа говорит, что оно возникает из привычки поступать известным образом. Новаядопускает, что отдельный человек, часто поступая известным образом, может, наконец, получить привычку действовать именно так, а не иначе, но находит совершенно немыслимым, чтобы из повторения отдельных действий, в основе которых нет ничего общего, могло возникнуть общее народное убеждение о праве, а потому считает необходимым принять, что в основе согласных действий отдельных лиц лежит не только их личное (бессознательное) убеждение, но и общенародное (Пухта). Привычка, с этой точки зрения, предполагает уже существование некоторой общей юридической нормы, лежащей в сознании народа. Эта норма, определяя характер действий отдельных лиц, и созидает обычное право. Сила, производящая обычай, есть, следовательно, народное сознание, которому, естественно, соответствует народное (национальное) право.

Такой взгляд на обычное право сделался достоянием в немецкой науки, затем он перешел и в нашу литературу.

Рядом с обычаем Пухта ставит еще два источника права: законодательную деятельность и деятельность юристов. Они, по его мнению, имеют один корень с обычаем. Государственная власть есть только внешний орган для выражения общей воли народа. Она должна распознать эту общую волю и выразить. Она делает это путем законодательства, которое определяет в чем состоит народное убеждение о праве; это определение и есть закон. Деятельность законодателя носит, сравнительно с обычаем, более формальный характер: законодатель не может иметь своего особого правового сознания, он берет его из народного духа.

Третий источник, ученая деятельность юристов, представляется на первый взгляд не народным. Научное убеждение человек имеет не как член народа, но как особь; таким образом, народный дух не является здесь творческой силой. Но, говорит Пухта, наука права имеет дело с национальным предметом, поэтому она станет только тогда действительно наукой, когда будет рассматривать свой предмет, как народный; это и значит рассматривать его "в его истине".

Только в этом случае наука будет иметь производительную силу. Юристы, если хотят иметь влияние на образование права, должны действовать, как представители народа.

Таким образом, всякое право национально, и настоящий его источник одиннародное убеждение.

В последнее время является сомнение в верности такого взглядах на происхождение обычного права. Он предполагает существование единого обычного права у каждого народа. В действительности же исторические памятники древнейшего времени не знают обычаев, которые были бы действующим правом целого народа; они имеют дело с дробными обычаями отдельных местностей, которые являются объединенными в пределах одного или нескольких племен, а никак не целого народа. Наш начальный летописец различает, например, обычаи полян от обычаев древлян; у радимичей, вятичей и северян он находит один обычай, но этот обычай не во всем совпадает с обычаями двух прежде названных племен. To же явление представляет в древности и Германия. Каждое отдельное германское племя живет и судится на основании своего племенного права. Древние источники не знают обще-германского нрава, им известно только право отдельных племен: франков салических, рипуарских и т. д. Между обычными правами отдельных племен встречаются некоторые сходства в частностях. Но такие отдельные сходства, можно найти и между правами совершенно различных народов. Эти сходства, следовательно, нет надобности выводить из единства народного духа. С дальнейшим движением истории право отдельных германских племен объединяется; но это объединение вовсе не есть результат возникновения самостоятельного обще-германского права, которое явилось бы выразителем общенародного убеждения германцев; объединение достигнуто путем победы племенного права салических франков над правами других германских племен (Rudolph Sohm, Fraukisches Recht und Romisches Recht, 1880 r.).

Это несоответствие с историческими фактами давно было замечено немецкими учеными и вызвало некоторые поправки к господствующему учению. Так, например, Кирульф согласен, что в основании обычая лежит "общее мнение", но не целого народа, говорит он, a "определенного круга людей" (Theorie des gemeinen Civilrechts, 1839, стр. 9 и сл.). Эта поправка подрывает всю теорию. "Определенный круг людей" ведь есть нечто совершенно неопределенное; у этого-то неопределенного субъекта мы должны предполагать свое общее мнение о праве. Откуда же оно? Почему один круг людей проникнут одним общим убеждением, а другой - другим? Сторонники общенародного убеждения, в доказательство своей мысли, обращаются к сравнению: общее убеждение о праве, говорят они, также точно присуще народу, как и народная речь. В пользу общего мнения о праве у "определенного круга лиц" нельзя привести даже этого, в сущности ничего не доказывающего сравнения.

Древние памятники, как мы видели, говорят о племенных обычаях. He следует ли понятие племени поставить вместо понятия народа (нации) и выводить обычай из общеплеменного убеждения о праве? Тоже нет. Какое-либо убеждение и, следовательно, убеждение о праве может иметь только отдельный человек. Об убеждении народа или племени можно говорить только, как о сумме убеждений отдельных лиц.

Из индивидуального убеждения, проявляющегося в действиях отдельных лиц, и надо выводить обычное право, а следовательно, и первое право, возникшее в истории.

Но обычное право есть некоторая совокупность общих норм, исполнение которых считается обязательным; бытие этих норм проявляется в ряде единообразных действий, Как же могли возникнуть такие общие нормы из действий отдельных лиц, выражающих только их индивидуальное убеждение и, может быть, вовсе между собой несогласных?

Общие нормы возникают из действий отдельных лиц не всегда и не непременно, а только при наличности некоторых благоприятных для того условий. Разные люди, при единстве интересов и сходстве условий жизни, могут в одинаковых случаях поступать одинаково. Одинаковые поступки являются вследствие сходства характеров, потребностей и всей обстановки жизни. Если условия деятельности этих людей, в течение более или менее продолжительного времени, остаются те же, является последовательный ряд одинаковых действий в одинаких случаях. Первоначально эти согласные действия совершенно совпадают с волею действующих лиц и прямо ею условливаются. Ho пo мере их накопления, они сами начинают оказывать давление на волю и определять ее направление. Этому способствует, с одной стороны, желание оставаться верным самому себе (раз принятому способу действия), с другой - пример других людей. Возрастающие поколения, прежде чем начнут действовать самостоятельно, наблюдают действия старших; их личная воля слагается под влиянием установившихся уже способов действия взрослых людей. "Так поступали отцы, так поступаем и мы", это общечеловеческая черта. Нежелание выделяться своими действиями из среды других людей - имеет весьма важное влияние на поступки человека. Русская пословица недаром говорит: вперед людей не забегай, а от людей не отставай! Или: как люди, так и мы! He нами уставилось, не нами и переставится. Обязательность обычая возникает, следовательно, в силу присущего человеку свойства следовать раз намеченному пути. Туг есть что-то общее с свойством физических тел, известных под именем инерции.

Итак, обычное право возникает благодаря действию двух сил. Во-первых, индивидуального сознания насущных интересов человека, под влиянием которого определяется тот или другой способ его действий. Это начало самоопределения (автономии). В его основе - личный интерес, личное усмотрение о том, что должно быть при данных условиях, а не отвлеченная идея правды или справедливости. Но самоопределение само по себе не творит еще обычного права. Из него возникают только отдельные действия, известная практика. Если действия личной воли разных лиц будут одинаковы вт. одинаковых случаях и их накопится значительная масса, возникает вторая сила, побуждающая всех знающих о существовании известного образа действия, известной практики - действовать также (Adickes 52, 90). Это инертная сила обыкновения. Образ действия, избранный некоторыми, всегда более энергичными людьми, становится общею нормою, обычаем, благодаря тому, что другие привыкают, более или менее пассивно, действовать также. Некоторая практика переходит в повальный обычай потому, что путем пассивного подражания действиям передовых людей слагается убеждение о необходимости всем действовать именно такт, а не иначе.

Обычай идет не от общего, а от индивидуального убеждения, но становится более или менее общим. Говорим "более или менее" потому, что убеждение каждого, исполняющего обычай, в истинности, справедливости и разумности его оснований вовсе не нужно для действия обычая. Нужно только общее убеждение в необходимости действовать согласно с господствующей практикой. При этом условии люди будут подчиняться обычаю, хотя лично тот или другой из них может и не иметь соответствующего убеждения. "Повальный обычай, что царский указ", говорит русская пословица, т.е. обычай также обязателен, также связывает волю, как и указ. Но исполнение указа не стоит в зависимости от личных убеждений исполняющего о праве и справедливости. Точно также и исполнение обычая - обязательно, независимо от того, убежден ли исполняющий в его пригодности или нет. "Против обычая не спорь!" говорит другая пословица, т.е. исполняй обычай, хотя бы он казался и неуместным.

Наличность соответствующего убеждения всех и каждого не есть необходимое условие действия обычая. Но отсутствие такого убеждения есть зерно разрушения сложившегося обычая. Люди слабые будут действовать по обычаю, хотя и не убеждены в его целесообразности; наоборот, люди энергические могут восстать против пассивного подчинения обычаю, не соответствующему их воззрениям. Действуя посвоему, изо дня в день нарушая обычай, они могут положить начало образованию нового обычая. который с течением времени и при наличности благоприятных условий, может вытеснить старый. "На обык есть перевык", говорит русский народ; или "бык, да и тот отвык"!

Возникновением обычного права из индивидуального усмотрения, путем навыка, объясняются и многие особенности этого права. Обычное право возникает не в народе (нация) и даже не в племени, а в каждой группе людей, ведущих совместную жизнь и имеющих возможность влиять друг на друга своими действиями. "Что город, то норов, что деревня, то обычай, говорит русская пословица, или еще резче: "у Сидора обычай, a y Карпа - свой". Эти пословицы выражают всемирный факт. Ограничимся еще только одним примером. Во Фландрии говорит Варнкбниг (385). до самого присоединения ее к Французской республике не было общих обычаев; эта страна знала только местные права. Так называемое jus commune Flandriae, до введения римского права, состояло из некоторых общих основных начал, которые совершенно также встречаются и во всех других странах".

Эти явления, необъяснимые с точки зрения общенародного убеждения, совершенно понятны с нашей. Если условия жизни не одинаковы, то в пределах одного и того же народа и даже племени могут возникнуть разные обычаи. Объединение их возможно только после долгой совместной исторической жизни и при наличности особенно благоприятных для того условий. Если таких условий не будет, история одного и того же народа и даже более мелких, племенных и местных его подразделений должна будет иметь дело с совершенно разными началами права. Наоборот, при сходстве условий жизни, сходные обычаи могут возникнуть у народов вовсе не родственных и не имевших случая оказывать какое либо влияние друг на друга.

Если обычай идет от действий отдельных лиц, то, понятно, что первыми деятелями обычного права были люди энергические и сильные, а первоначальное обычное правоправом сильного. При отсутствии общественных учреждений, которые определяли бы права частных лиц и охраняли их, определение и охранение прав в начале истории было делом частного усмотрения. В то время, как слабый человек поневоле должен был уступать сильному, сильный мстил за нанесенную ему обиду и обращал слабого врага в рабство. Это институты древнейшего права, но это право есть право сильного и бесправие слабого. Кто от природы был поставлен в наименее благоприятные условия, чтобы отстаивать свою личность, тот имел право лишь на столько, на сколько это нравилось сильному. В связи с этим, во всех первоначальных обществах, стоит зависимое положение женщин и почти бесправое положение малолетних детей. От воли отца зависело признать за новорожденным право на существование или нет; в последнем случае он мог оставить его на произвол судьбы и даже убить. Почему? Так ему нравилось при данных условиях, и это было его право.

Отдельные действия предшествуют образованию норм обычного права. Для того, чтобы образовался обычай, связывающий частную волю, в памяти людей должен уже накопиться на столько значительный материал сходных прецедентов, чтобы воля была подавлена этим материалом. Только при этом условии возникает "повальный обычай", обязательный, по русской пословице, как царский указ. Обычай, следовательно, при всей его древности не есть первоначальная норма, которою управляются действия людей. Что же было до обычая? Автономные действия, самоопределение вт, форме самоуправства. Отсюда, в начальной истории права каждого общества, надо предполагать великую безурядицу. Ясные следы этого первоначального порядка вещей можно наблюдать и в исторические времена и притом весьма уже поздняя.

И царский указ не всегда строго исполняется. На практике всегда можно встретить частные отступления от него, вызываемая, между прочим, домогательством заинтересованных лиц. Такие отступления составляют нарушение указа; в них проявляется, однако, торжество частной воли, стремящейся к самоопределению. Если указ обходится, тем легче встретить случаи обхода обычая, который вовсе не .формулирован и держится единственно соблюдением. Отсюда, хотя обычай доказывается фактами его применения в случаях действительной жизни, но наличность действий, несогласных с обычаем, еще не может быть приводима, как доказательство несуществования самого обычая. "Может быть господствующий обычай (повальный) и при наличности частных перерывов и противоречий" (Kierullf, 11).

Мы коснулись здесь самой слабой стороны всякого обычного права. Если обычай, не всеми и не всегда соблюдаемый, есть тоже обычай, - где же граница между обычаем сложившимся и отдельными автономными действиями, которые могут перейти в обычай, но еще не перешли? Твердой границы действительно нет. В период господства обычного права, право установившееся и только возникающее, право действующее и вымирающее стоят всегда рядом. Особенность этого периода состоит в том, что тогда действует не только право, которое мы называем положительным (positives Recht), но и нежные побеги еще только возникающего права, еще нуждающегося в общем признании, до которого оно может и не дорасти. В древности не всякое действующее право есть положительное (Adickes, 30)Эта особенность отразилась и на порядке древнего суда. Старые судьи не только применяли уже сложившееся и общепризнанное право, но иногда и сами отыскивали его вновь. Немецкие гаеффены в тех случаях, о которых обычай умалчивает, должны были судить согласно тому, что им казалось наиболее справедливым и лучшим. Нет надобности думать, что шеффены в этих случаях всегда сочиняли право совершенно вновь; они могли и, конечно, действительно пользовались известною им практикою, которая еще не успела перейти в непререкаемый обычай. Их личное участие, в большинстве случаев, состояло только в выборе того именно способа действий из многих практиковавшихся, который наиболее совпадал с их личными воззрениями.

Вопрос о свойствах обычая далеко не праздный. To или другое понимание их всегда определяет и отношение исследователя к историческому материалу. Если он будет отправляться от народного убеждения, которое по необходимости мыслится, как единое, или от природы вещи, которая представляется философскому уму также единой, он будет искать общих обычаев и не будет в состоянии ориентироваться в том разнообразии начал обычного права, какое всегда представляет действительность; он будет доискиваться строгой определенности единых норм в периоды, когда в полном ходу индивидуальное самоопределение, еще не успевшее выработать обычая. Наше право весьма долгое время и уже на глазах истории оставалось в этом состоянии недостаточной определенности, выражавшемся в единовременном действии разнообразных начал обычного права и в разгуле индивидуального самоопределения. Даже в Московском государстве мы встречаемся с проявлениями частной автономии, и правительство Московского государства нередко признавало эти проявления и в своих указаниях санкционировало их.

Образование права в каждую историческую эпоху имеет свои характерные особенности, отражающие дух эпохи и ее воззрения на право. Смотря на прошлое глазами нашего времени, мы не всегда отдаем должное этим особенностям; наоборот, мы бываем весьма склонны видеть в прошлом те же явления, к которым привыкли и в окружающей нас действительности. Такой невольный перенос настоящего в давно прошедшее замечается у тех исследователей, которые известные нам в современном юридическом быту понятия "закона" и "законодательства" применяют к объяснению явлений в области образования права XIV, XIII и еще более отдаленных веков.

Так Мацеевский, в своей истории славянских законодательств, высказал мысль, что в словах начальной летописи о быте славянских племен, поселившихся в пределах современной России: "имяху бо обычаи свои, и закон отец своих, и преданья" надо видеть указание на деление права по различию его источников, т.е. что летописец противополагает здесь закон обычаю, и что славянские племена еще при первом вступлении их в историю знали не только обычаи, но и законы. Несмотря на то, что Снегирев еще в 1842 году заметил. что "Нестор Печерский давние обычаи и предания именует законами отец", взгляд Мацеевского продолжает держаться в нашей ученой литературе. И. И. Срезневский применил его к объяснению выражения Олегова договора с греками 911 года о клятве Русских: "мы же клянемся. по закону и по покону языка нашего". По закону и по покону он предлагает переводить римскими понятиями: lege et conbuetudine. Таким образом, наши предки с X уже века употребляют слово закон в смысле продукта законодательной деятельности; они отличают его от обычая совершенно так, как мы делаем это теперь.

Источник:

refdb.ru

Лекции и исследования по древней истории русского права в городе Липецк

В нашем интернет каталоге вы сможете найти Лекции и исследования по древней истории русского права по доступной стоимости, сравнить цены, а также изучить прочие предложения в категории Юридическая литература. Ознакомиться с свойствами, ценами и обзорами товара. Доставка производится в любой населённый пункт РФ, например: Липецк, Иваново, Воронеж.